После драматичного захвата президента Венесуэлы Николаса Мадуро спецназом армии США стали как никогда актуальны размышления о том, что будет со страной и по какому сценарию она будет развиваться дальше — не только в политическом, но и в экономическом смысле. Будут ли сняты санкции и возвращены замороженные резервы? За чей счет восстанавливать экономику, какие гарантии получат потенциальные инвесторы и как будут работать государственные и общественные институты? Удастся ли перезапустить нефтяную отрасль?
Венесуэлу часто приводят как классический пример жертвы так называемого «ресурсного проклятия». Речь идет о том, что страны, обладающие избыточными запасами природных ресурсов, зачастую демонстрируют более низкие темпы экономического роста и худшее качество государственного управления, чем страны с ограниченными ресурсами. Вместо драйвера развития сырьевое богатство превращается для них в тормоз для экономики.
Это происходит якобы потому, что большие нефтяные доходы расслабляют государство: правительство, получая значительную выручку от экспорта нефти, теряет стимулы развивать другие отрасли и проводить сложные структурные реформы. Со временем приток денег приводит к чрезмерному укреплению национальной валюты, из-за чего отечественное производство утрачивает конкурентоспособность, а экономика становится все более зависимой от сырьевого сектора. Параллельно усиливается инфляционное давление.
"
«Добыча тяжелой венесуэльской нефти невозможна без ее разбавления легкой нефтью, которая специально поставляется в страну и входит в цену экспортной продукции, — рассказывает профессор факультета экономики и бизнеса Финансового университета при Правительстве Российской Федерации Иван Петров. — Уже сейчас трейдер Vitol готовит отправку партии нафты объемом более 450 000 баррелей из США в Венесуэлу, делая венесуэльскую нефть американской, в том числе для ее поставки в Китай». Как отмечает эксперт, ранее Венесуэла в основном использовала российскую нафту: «В этих условиях «Росзарубежнефть», владеющая долями в совместных нефтегазовых предприятиях, планирует дальнейшую реализацию проектов, так как ее активы на территории Венесуэлы являются собственностью России».
По словам Петрова, для доведения добычи нефти в Венесуэле до 1 млн б/с необходимо инвестировать порядка $100 млрд, но страна характеризуется высокими инвестиционными рисками. «Активы американских компаний неоднократно конфисковывались и работа многих из них характеризовалась убытками, поэтому сомнительна их прямая поддержка призывов Трампа вложиться в венесуэльский нефтяной бизнес. Но нефтеперерабатывающие компании из стран, зависимых от импорта нефти, например итальянская Eni и французы, готовы сотрудничать с США», — отмечает эксперт.
"
